Как отмывают деньги: методы, примеры и ответственность в ЕС

Содержание статьи

Отмывание денег — не абстрактная тема из новостей, а конкретный правовой риск для любой компании, которая принимает платежи, открывает счета клиентам или работает с наличными. Нас в COREDO чаще спрашивают не «что такое отмывание денег», а «как банк увидит схему у нас» и «что грозит, если пропустить сигнал». В этой статье — методы, которые по данным FATF, Europol и регуляторов ЕС используют чаще всего, актуальные пороги и штрафы по состоянию на ноябрь 2026 года, и с чего начать проверку своих процессов — например, с аутсорсинга AML-функции.

  • По оценке UNODC и Europol, глобально отмывается 2–5% мирового ВВП в год — от 715 млрд до 1,87 трлн евро.
  • Порог идентификации клиента для разовой операции в ЕС — 10 000 евро; с 10 июля 2027 года его закрепляет AMLR, ст. 19.
  • Наличными можно принять не более 10 000 евро за одну сделку — лимит вводит ст. 80 AMLR.
  • За отмывание денег в ЕС предусмотрен минимальный максимум наказания в 4 года лишения свободы — Директива (ЕС) 2018/1673, ст. 5(2).
  • Для кредитной организации предусмотрен минимальный максимум административного штрафа в 5 000 000 евро или 10% годового оборота — Директива (ЕС) 2015/849, ст. 59(3).
  • Бенефициарным владельцем по праву ЕС считается держатель доли от 25% и выше — AMLR, ст. 52.
  • FATF держит под усиленным мониторингом 18 юрисдикций по состоянию на 30 октября 2026 года.
  • Чешское финансовое разведывательное управление FAÚ с момента создания закрыло более 28 000 дел и заблокировало свыше 21 млрд крон.

Что такое отмывание денег: определение и три стадии

Иллюстрация к разделу «Что такое отмывание денег: определение и три стадии» в статье «Как отмывают деньги: методы, примеры и ответственность в ЕС»

Юридически отмывание денег — это не «прятать наличные», а три конкретных действия, которые описывает Директива (ЕС) 2018/1673 в ст. 3(1): конверсия или перевод имущества с целью скрыть его преступное происхождение; сокрытие или искажение сведений об источнике, местонахождении или владельце имущества; приобретение, владение или использование имущества, если лицо знало о его преступном происхождении. Эти формулировки восходят к Венской конвенции ООН 1988 года, ст. 3.1, и почти буквально повторяются в законах большинства стран ЕС.

Предикатным преступлением (источником «грязных» денег) по Директиве (ЕС) 2018/1673, ст. 2(1), считается любое деяние, наказуемое лишением свободы на срок более одного года: от коррупции и мошенничества до контрабанды и налоговых преступлений. Без предикатного преступления юридически нет и отмывания денег.

Практика описывает процесс через три стадии — это и есть ответ на запрос «что такое отмывание денег пример»: размещение (placement), расслоение (layering) и интеграция (integration). На практике стадии часто сливаются или повторяются несколько раз; подробный разбор того, как это влияет на бизнес, мы публиковали отдельно — в материале «Три этапа отмывания денег и их влияние на бизнес». Здесь — короткая карта стадий и методов, которые встречаются на каждой из них.

Стадия Цель Типичные методы Почему трудно обнаружить
Размещение (placement) Ввести преступные доходы в финансовую систему Наличные через бизнес с высоким оборотом, структурирование, курьерская перевозка Выглядит как обычная выручка малого бизнеса
Расслоение (layering) Разорвать след между деньгами и их источником Цепочки переводов, офшорные структуры, фиктивные счета в торговле Операции рассредоточены по юрисдикциям и контрагентам
Интеграция (integration) Вернуть деньги в экономику как «чистые» Недвижимость, предметы роскоши, инвестиции в легальный бизнес Актив ничем не отличается от купленного на законные средства
Нужно ли компании доказывать происхождение каждого платежа клиента? Нет: обязанность по праву ЕС — оценивать риск и применять due diligence, пропорциональную этому риску, а не проводить следствие по каждой операции.

Наличные платежи, структурирование и лимиты

Иллюстрация к разделу «Наличные платежи, структурирование и лимиты» в статье «Как отмывают деньги: методы, примеры и ответственность в ЕС»

Наличные остаются самым массовым способом размещения: бизнес с высоким оборотом кэша — рестораны, автомойки, ломбарды, обменники — традиционно используют для ввода средств в оборот. Второй частый приём — структурирование (smurfing): крупная сумма делится на мелкие транши ниже порога отчётности и вносится через разные счета, банкоматы или лица.

Дробление суммы специально для обхода порога отчётности само по себе образует подозрительную операцию и подлежит отдельному сообщению в финансовую разведку — даже если каждый отдельный платёж формально ниже лимита.

ЕС отвечает на это двумя порогами. Регламент (ЕС) 2018/1672 обязывает декларировать наличные на сумму 10 000 евро и выше при пересечении внешней границы ЕС; та же сумма ниже порога может быть зафиксирована таможней при подозрении на связь с преступной деятельностью. А ст. 80 AMLR с 10 июля 2027 года вводит единый для всего ЕС лимит: продавцы товаров и услуг могут принять от одного покупателя не более 10 000 евро наличными за сделку, включая связанные операции.

Обратите внимание: лимит ст. 80 AMLR касается расчётов между бизнесом и клиентом, а не переводов между физлицами, которые не действуют в профессиональном качестве — для них ограничение не применяется.

Параллельно действуют и национальные правила. Актуальные изменения в процедурах KYC/AML для компаний в ЕС и СНГ с 2025 года мы разбирали отдельно — см. «Новые требования к процедурам KYC/AML в ЕС и СНГ».

Торговое финансирование: фиктивные счета (TBML)

Иллюстрация к разделу «Торговое финансирование: фиктивные счета (TBML)» в статье «Как отмывают деньги: методы, примеры и ответственность в ЕС»

Trade-based money laundering (TBML) манипулирует не платежами, а торговыми документами. Классическая типология FATF описывает четыре базовые техники: завышение или занижение стоимости товара в счёте-фактуре, множественное выставление счетов за одну и ту же поставку, завышение или занижение отгруженного объёма и прямое искажение описания товара.

При завышении цены (over-invoicing) покупатель переводит продавцу больше, чем товар стоит по рынку — разница перетекает продавцу как «чистая» выручка от легальной внешнеторговой сделки. При занижении (under-invoicing) схема работает в обратную сторону: часть стоимости доплачивается отдельно, в обход банковского канала.

TBML сложно обнаружить именно потому, что отдельный счёт-фактура редко выглядит аномально — индикатором становится не одна операция, а системное отклонение цены от рыночного диапазона, несоответствие веса или количества товара заявленному коду, либо повторяющиеся расчёты с контрагентами в юрисдикциях с низкой прозрачностью бенефициаров.

Офшорные структуры, подставные компании и бенефициары

Иллюстрация к разделу «Офшорные структуры, подставные компании и бенефициары» в статье «Как отмывают деньги: методы, примеры и ответственность в ЕС»

Shell company — юридическое лицо без реальной хозяйственной деятельности, созданное для владения активами или проведения платежей от имени реального выгодоприобретателя. Цепочка из нескольких таких компаний в разных юрисдикциях — стандартный инструмент расслоения: каждое следующее звено усложняет для следователя задачу дойти до физического лица, которое контролирует деньги.

Отмывание через офшорные структуры редко существует само по себе — чаще оно обслуживает другое преступление. Связь между коррупцией и отмыванием денег мы разбирали отдельно в материале «Взяточничество и отмывание денег связаны»: коррупционные доходы почти всегда нуждаются в расслоении через цепочку юридических лиц, прежде чем попасть в легальный оборот.

На практике банк и партнёр по due diligence проверяют бенефициара не только по учредительным документам, но и по открытым источникам — какие базы данных и реестры для этого используют, мы показывали в материале «OSINT-проверка бенефициаров: какие источники используют банки».

Право ЕС отвечает на риск офшорных цепочек через понятие бенефициарного владельца.

По AMLR, ст. 52, бенефициаром признаётся физлицо с прямой или косвенной долей от 25% и выше в капитале, голосующих правах или ином праве участия в компании; при непрямом владении доли по цепочке умножаются и складываются.

Криптовалюта и цифровые активы

Иллюстрация к разделу «Криптовалюта и цифровые активы» в статье «Как отмывают деньги: методы, примеры и ответственность в ЕС»

Крипто-актив сам по себе не создаёт новый способ отмывания — он ускоряет классические три стадии и усложняет расслоение за счёт миксеров, цепочек P2P-обменов и трансграничного характера блокчейна. Детальный разбор того, как именно крипто-схемы проходят через размещение, расслоение и интеграцию, мы публиковали отдельно — в материале «Риск использования криптовалюты для отмывания денег». Здесь — только актуальные регуляторные пороги ЕС.

AMLR, ст. 19(2), обязывает кредитные и финансовые организации (кроме самих поставщиков крипто-услуг) применять due diligence уже при разовой операции перевода средств или крипто-активов от 1 000 евро — порог в десять раз ниже общего порога в 10 000 евро для прочих разовых операций.

Этот более низкий порог существует потому, что Регламент (ЕС) 2023/1113 («Travel Rule») требует передавать данные плательщика и получателя при переводе крипто-активов между поставщиками услуг — то есть сама операция технически прозрачнее, но объёмы и скорость переводов выше, чем в классическом банковском канале.

Недвижимость и предметы роскоши

Иллюстрация к разделу «Недвижимость и предметы роскоши» в статье «Как отмывают деньги: методы, примеры и ответственность в ЕС»

На стадии интеграции деньги должны выглядеть легально — и недвижимость для этого подходит лучше почти любого другого актива: высокая стоимость одной сделки, субъективная оценка и, пока используется структура владения, возможность не раскрывать реального покупателя. FATF прямо называет покупку элитной недвижимости через анонимные компании одним из устойчивых факторов риска в секторе и в 2022 году обновила руководство по risk-based подходу для агентов недвижимости.

Пример: в 2016 году испанская Гражданская гвардия при поддержке Europol раскрыла сеть, связанную с двумя преступными группами, и установила, что через инвестиции в недвижимость было отмыто около 62 млн евро. Деньги проходили через цепочку компаний-покупателей недвижимости — классическая интеграция после расслоения через корпоративные структуры.

Похожая логика работает с предметами роскоши — автомобилями, часами, произведениями искусства: высокая ликвидность и традиционная закрытость рынка снижают шанс, что сделка попадёт в поле зрения комплаенса, если продавец не является обязанным субъектом по антиотмывочному законодательству.

Отраслевые риски и признаки схемы

Иллюстрация к разделу «Отраслевые риски и признаки схемы» в статье «Как отмывают деньги: методы, примеры и ответственность в ЕС»

Регуляторный риск распределён неравномерно: часть секторов структурно уязвима просто из-за модели бизнеса. Business с высоким оборотом наличности, компании, предоставляющие денежные услуги, продавцы предметов роскоши, агенты недвижимости и благотворительные организации регулярно попадают в приоритетные списки надзора. Отдельный разбор рисков для компаний, предоставляющих денежные услуги, мы делали в материале «Выявление рисков отмывания денег для компаний, предоставляющих денежные услуги».

Общий принцип один: чем выше доля наличных, разовых клиентов и трансграничных операций в структуре бизнеса, тем выше ожидаемая глубина due diligence — вне зависимости от отрасли.

На уровне конкретной операции комплаенс-функция и банк ориентируются на признаки, которые сами по себе не доказывают отмывание, но требуют дополнительной проверки:

  • Операция не имеет очевидной экономической или законной цели для заявленного профиля клиента.
  • Сумма или структура сделки искусственно разбита на части ниже порога отчётности.
  • Контрагент зарегистрирован в юрисдикции с низкой прозрачностью бенефициаров без деловой связи со сделкой.
  • Наличные вносятся купюрами по 500 евро — такие купюры статистически реже участвуют в обычном обороте.
  • Цена или объём товара в счёте-фактуре отклоняется от рыночного диапазона без объяснимой причины.
  • Компания меняет бенефициаров, директоров или юрисдикцию сразу после открытия счёта.
  • Клиент настаивает на срочности и избегает личного контакта на этапе идентификации.

Полный перечень документов, которые банк реально запрашивает при проверке, собран в чек-листе «AML: документы, которые реально смотрит банк».

Как банки и регуляторы выявляют отмывание денег

Иллюстрация к разделу «Как банки и регуляторы выявляют отмывание денег» в статье «Как отмывают деньги: методы, примеры и ответственность в ЕС»

Выявление строится не на одной проверке при открытии счёта, а на цепочке контролей: идентификация клиента, оценка риска, транзакционный мониторинг и периодический пересмотр профиля. Технически путь одного подозрительного сигнала внутри этой цепочки выглядит предсказуемо, хотя точные сроки варьируются по стране и по загрузке конкретной финансовой разведки (FIU).

  1. Срабатывание алерта мониторинга — как правило, в реальном времени или в течение нескольких часов после операции.
  2. Внутренний анализ алерта комплаенс-аналитиком — обычно 1–3 рабочих дня на типовой случай.
  3. Решение о подаче сообщения о подозрительной операции (STR/SAR) в FIU — без необоснованной задержки с момента, когда подозрение сформировалось.
  4. Анализ сообщения финансовой разведкой — от нескольких дней до нескольких недель в зависимости от сложности и приоритета дела.
  5. Передача материалов в правоохранительные органы и, при подтверждении, уголовное расследование — от нескольких месяцев до нескольких лет для сложных международных схем.
Что произойдёт с операцией, пока она проверяется? Банк может задержать исполнение или запросить дополнительные документы у клиента, не объясняя при этом сам факт подачи STR — это прямо запрещено правилом о недопустимости раскрытия (tipping-off).

Чешское FAÚ как национальная финансовая разведка типичный пример масштаба такой работы: с момента начала самостоятельной деятельности управление закрыло более 28 000 дел и заблокировало свыше 21 млрд крон — и это только один из 27 национальных FIU в ЕС.

Сеть национальных FIU с лета 2025 года координирует также AMLA — европейский орган по борьбе с отмыванием денег, учреждённый 26 июня 2024 года со штабом во Франкфурте. К концу 2027 года AMLA планирует нарастить персонал до 430 человек, а с 2028 года — начать прямой надзор за частью крупных финансовых организаций, работающих в нескольких странах ЕС.

Типичные ошибки бизнеса

На практике компанию чаще штрафуют не за отдельный пропущенный платёж, а за системную слабость процесса. Разбор конкретных нарушений, за которые штрафуют международный бизнес, мы собрали в материале «6 частых нарушений AML, за которые штрафуют международный бизнес». Среди повторяющихся причин:

  • Низкая риск-категория назначается автоматически, без реальной оценки — компания не видит сигналы там, где клиент формально проходит по документам.
  • Мониторинг генерирует больше алертов, чем способна обработать команда — часть сигналов закрывается без анализа просто из-за накопившейся очереди.
  • Сообщения в FIU подаются с опозданием — задержка на месяцы после того, как подозрение уже сформировалось, превращает техническое нарушение в вопрос о соучастии.
  • Периодический пересмотр профиля клиента не проводится — риск-классификация, выставленная при открытии счёта, годами не обновляется, хотя обороты и поведение клиента меняются.
  • Ответственность размыта между подразделениями — формально назначенный MLRO не получает отчётов от бизнес-линий и не может на практике влиять на решения.
  • Аутсорсинг операционных задач воспринимается как передача ответственности — юридически она остаётся на самой компании независимо от того, кто выполняет проверку.

Если счёт уже заблокирован по подозрению в нарушении AML-процедур, порядок действий для компании мы описали в материале «Что делать при блокировке счёта по AML-причинам».

Ответственность: штрафы, конфискация, уголовные санкции

Ответственность за отмывание денег в ЕС двухуровневая: административная — для самой организации за нарушение процедур, и уголовная — для физических лиц, которые совершили или допустили сами действия по легализации. Таблица ниже сопоставляет основные режимы.

Нарушение Кто отвечает Максимум санкции Основание
Общее нарушение процедур AML (недостаточный CDD, мониторинг, отчётность) Юридическое лицо не менее 1 000 000 евро или двукратная выгода от нарушения Директива (ЕС) 2015/849, ст. 59(2)(e)
Серьёзное, повторное или систематическое нарушение Кредитная/финансовая организация не менее 5 000 000 евро или 10% годового оборота Директива (ЕС) 2015/849, ст. 59(3)(a)
То же нарушение Физическое лицо не менее 5 000 000 евро Директива (ЕС) 2015/849, ст. 59(3)(b)
Собственно отмывание денег (конверсия, сокрытие, использование имущества) Физическое лицо, уголовная ответственность минимальный максимум — 4 года лишения свободы Директива (ЕС) 2018/1673, ст. 5(2)
Цифры в таблице — это нижняя граница, которую Директивы обязывают установить страны ЕС в национальном праве; конкретный закон конкретной страны вправе предусмотреть более строгое наказание.

Насколько велики реальные санкции, показывает дело ABN AMRO: в 2021 году нидерландская прокуратура (Openbaar Ministerie) утвердила мировое соглашение на 480 миллионов евро — 300 миллионов штрафа и 180 миллионов изъятия незаконно сэкономленного на комплаенс-функции. Банку не смогли предъявить подготовленную схему: прокуратура описала системные сбои — например, 5,5 миллиона клиентов массового сегмента были автоматически отнесены к нейтральному риску без реального анализа, а один клиент открыл 192 счёта на 49 своих компаний.

В практике COREDO именно системные пробелы — а не единичная ошибка — оказываются причиной крупных санкций: регуляторы оценивают, была ли слабость в процессе предсказуемой и устранимой заранее.

Параллельно с денежными санкциями применяется конфискация — изъятие самого незаконно полученного имущества, независимо от штрафа. На практике достоверно оценить долю изъятого от общего объёма преступных доходов в ЕС сложно: единых и актуальных данных по всем странам нет.

Как COREDO помогает бизнесу с AML

COREDO с 2016 года сопровождает AML-комплаенс для EMI, PSP, крипто-бизнеса, финтеха и корпоративных клиентов в ЕС — от первичной оценки риска до роли внешнего MLRO. Если нужно быстро понять, где в процессах реальный разрыв, а не переписать политику «для галочки», стоит начать с независимой проверки — AML-аудита.

Если же пробел в том, что входящие и исходящие клиенты не проверяются системно, а не в документах на бумаге, обычно эффективнее отдельно усилить именно функцию KYC/KYB Screening.

Для компаний, у которых нет ресурса держать штатного специалиста нужной квалификации с прямым доступом к руководству, роль Outsourced MLRO можно закрыть без постоянного найма. Общий обзор того, когда аутсорсинг AML-функции выгоднее штатной команды, мы показывали в материале «Аутсорсинг услуг по борьбе с отмыванием денег».

Что делать дальше

Если ни один из описанных методов пока не проверялся на вашей компании предметно, разумный порядок действий такой:

  1. Проведите независимый аудит процессов — обычно 5–10 рабочих дней на компанию среднего размера; это показывает, где реальный разрыв между политикой и практикой.
  2. Закройте пробелы в идентификации и скрининге клиентов — от 2 до 6 недель в зависимости от числа клиентов и каналов — KYC/KYB Screening.
  3. Назначьте или усилите роль MLRO с реальным доступом к руководству — обычно 1–2 недели на подбор или оформление внешней роли — Outsourced MLRO.
  4. Передайте операционную рутину на аутсорсинг, если штатной команды недостаточно — обсудите это с нашей командой прежде, чем регулятор найдёт разрыв сам.

Частые вопросы

Что такое отмывание денег простыми словами?

Это легализация доходов от преступления: деньги проводят через серию операций так, чтобы их происхождение выглядело законным. Юридически это три отдельных действия по Директиве (ЕС) 2018/1673, ст. 3(1) — конверсия или перевод, сокрытие происхождения и использование имущества, полученного преступным путём.

Как отмывают деньги на практике — какой способ встречается чаще всего?

На стадии размещения чаще всего используют наличные через бизнес с высоким оборотом кэша и структурирование сумм ниже порога отчётности в 10 000 евро. На стадии интеграции — покупку недвижимости и предметов роскоши, потому что эти активы легко выглядят как результат легального дохода.

Можно ли привести реальный пример схемы отмывания денег?

Да: в 2021 году нидерландская прокуратура установила, что из-за системных пробелов в AML-процедурах банка ABN AMRO через его счета годами проходили неучтённые подозрительные операции, и утвердила мировое соглашение на 480 миллионов евро. В 2016 году Europol и испанская Гражданская гвардия раскрыли схему, где около 62 миллионов евро было отмыто через инвестиции в недвижимость.

Что грозит за отмывание денег в ЕС?

Для физического лица — уголовная ответственность с минимальным максимумом в 4 года лишения свободы по Директиве (ЕС) 2018/1673, ст. 5(2). Для организации — административный штраф с минимальным максимумом для кредитных и финансовых организаций в 5 000 000 евро или 10% годового оборота по Директиве (ЕС) 2015/849, ст. 59(3).

Многие ищут «как отмыть деньги» — что отвечает практика комплаенса?

Это не инструкция, а уголовное преступление с реальными расследованиями и конфискацией: любая схема оставляет финансовый след, а детектирующие системы банков и FIU именно на этот след и настроены. Практический вопрос для легального бизнеса другой — как не оказаться случайно вовлечённым в чужую схему через клиента или контрагента, и для этого существует due diligence.

Как банк узнаёт, что операция может быть связана с отмыванием денег?

Через комбинацию риск-профиля клиента, установленного при онбординге, и транзакционного мониторинга, который сравнивает каждую операцию с ожидаемым поведением этого клиента. Отклонение — структурирование, нетипичный контрагент, использование купюр по 500 евро — создаёт алерт, который затем разбирает комплаенс-аналитик.

Чем отмывание денег отличается от уклонения от налогов?

Уклонение от налогов — это сокрытие законно заработанного дохода от налогообложения. Отмывание денег — это легализация дохода, который изначально получен преступным путём. Директива (ЕС) 2018/1673 прямо включает налоговые преступления в перечень предикатных деяний, поэтому одна и та же сумма иногда проходит по обоим составам одновременно.

Источники

  1. eur-lex.europa.eu — Легальное определение отмывания денег (конверсия/перевод, сокрытие, приобретение/использование имущества) и требование минимального максимума наказания в 4 года лишения свободы
  2. eur-lex.europa.eu — Определение предикатного преступления как деяния, наказуемого более чем годом лишения свободы, и перечень категорий (ст. 2(1))
  3. www.unodc.org — Три стадии отмывания денег (placement/layering/integration) и оценка глобального объёма 2-5% мирового ВВП в год
  4. www.europol.europa.eu — Оценка глобального объёма отмывания в евро (715 млрд - 1,87 трлн в год) и операция Europol/Guardia Civil «Usura» (2016, ~62 млн евро через недвижимость)
  5. taxation-customs.ec.europa.eu — Порог декларирования наличных 10 000 евро на границе ЕС, правила для несопровождаемых наличных и срок хранения данных деклараций
  6. eur-lex.europa.eu — AMLR: порог due diligence 10 000 евро для разовой операции и 1 000 евро для перевода средств/крипто-активов (ст. 19); определение бенефициара через долю от 25% (ст. 52); срок хранения документов 5 лет (ст. 77); лимит наличных расчётов 10 000 евро с 10 июля 2027 года (ст. 80)
  7. eur-lex.europa.eu — Административные штрафы по Директиве (ЕС) 2015/849: не менее 1 000 000 евро или двукратной выгоды (ст. 59(2)(e)); не менее 5 000 000 евро или 10% оборота для организаций (ст. 59(3)(a)); не менее 5 000 000 евро для физлиц (ст. 59(3)(b))
  8. www.prosecutionservice.nl — Мировое соглашение ABN AMRO на 480 млн евро (300 млн штрафа + 180 млн изъятия), системные сбои риск-классификации 5,5 млн клиентов и кейс с 192 счетами на 49 компаний
  9. www.amla.europa.eu — AMLA учреждена 26 июня 2024 года, начала операционную деятельность летом 2025 года, штаб во Франкфурте, целевая численность персонала около 430 к концу 2027 года, прямой надзор за отдельными субъектами с 2028 года
  10. fau.gov.cz — Показатели работы чешской финансовой разведки FAÚ: более 28 000 закрытых дел и свыше 21 млрд крон заблокированных средств с начала самостоятельной деятельности
  11. www.fatf-gafi.org — Типология торгового финансирования (TBML): завышение/занижение стоимости в счёте-фактуре, множественное выставление счетов, несоответствие объёма поставки
  12. www.fatf-gafi.org — Риск-ориентированное руководство FATF для сектора недвижимости (обновление 2022 года) и признание элитной недвижимости устойчивым фактором риска
  13. www.fatf-gafi.org — 18 юрисдикций под усиленным мониторингом FATF по состоянию на 30 октября 2026 года
  14. eur-lex.europa.eu — Регламент (ЕС) 2023/1113 устанавливает обязательную передачу данных плательщика и получателя при переводах крипто-активов между поставщиками услуг (Travel Rule)
ОСТАВЬТЕ ЗАЯВКУ И ПОЛУЧИТЕ КОНСУЛЬТАЦИЮ

    Связавшись с нами, Вы соглашаетесь на использование Ваших данных для целей обработки Вашей заявки в соответствии с нашей Политикой конфиденциальности.

    Этот сайт защищён с помощью reCAPTCHA. Применяются Политика конфиденциальности и Условия использования Google.

    COREDO – EU Legal & Compliance Services Экспертный юридический консалтинг, лицензирование финансовых услуг (EMI, PSP, CASP согласно MiCA) и AML/CFT комплаенс на всей территории Евросоюза. С главным офисом в Праге, мы обеспечиваем комплексные регуляторные решения в Германии, Польше, Литве и во всех 27 странах-членах ЕС